Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
07:27 

Склизко

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
У меня такое противное ощущение, что я конь, который не может сдвинуться с места, потому что прикрывает короля от диагонального шаха слоном. Появляется желание дернуться, уйти куда-то, но сразу вспоминаешь, что связан. И от этого становится еще горче.
Этой ночью 11 партий. 7 побед, 2 ничьи, 2 поражения.

03:12 

Книжная попса. Давно зревшее замечание.

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.

Книжная попса размножается почкованием и делится на несколько категорий. В моем скудном представлении:

Категория первая. Беспозвоночные.

Характерные особенности: низкий уровень, высокий тираж.

Особые приметы: такие книги в руках держат женщины среднего и полусреднего возраста, когда появляются в вагоне метро на станции "Щелковская" в воскресенье, в 6:10 утра.

Представители: Донцова, Маринина, Устинова и др.

Катеогрия вторая. Бестселлерообразные.

Характерные особенности: средний уровень, высокий тираж.

Особые приметы: книги эти могли бы быть очень и очень хорошего среднего уровня и совсем не вызывать рвотного рефлекса. Более того, они могли бы быть уровня высокого. Но по выходу своему столкнувшись с ошеломляющим вихрем того, что мы называем PR - они не устояли и класс стал падать за счет увеличения тиражей, скорости написания (миллионные контракты) и тому подобного. У некоторых представителей появились откровенные физиологические уродства (например, третья рука или второй рот) в виде ненужных продолжений.

Представители: Роулинг, Акунин, Лукьяненко и др.

Категория третья. Членистокнижные.

Характерные особенности: низкий уровень, высокий тираж.

Особые приметы: эти книги постигла участь любого, кто во весь голос осмелится прокричать, что он - контркультура. А вернее над этим постарались сами читатели. Обращая эти книги в "интеллектуальную литературу" в то время, как они таковыми не являются, читатели обрекают их на звание самой низкопробной книжной попсы, а именно: попсы, которая претендует на звание классики, являяся в сущности только попсой. Эти книги везде и всюду, большинство их читателей не знают, кто такие Голдинг и Оруэлл, но убеждены, что все сливки интеллектуальной литературы мира ими уже прочитаны.

Представители: Коэльо, Дэн Браун и др.

Категория четвертая. Гламурноподонковские.

Характерные особенности: отсутствие уровня, средне-высокий тираж.

Особые приметы: Эти книги бывают в руках либо у тех людей, у которых много денег, либо у тех, кто считает, что у него есть (будет) много денег в том понимании слова много, в котором это понимали индейцы племени макчу-пикчу: а именно: до хрена. Полное (или хотя бы значительное) отсутствие мозгов обязательно.

Представители: Робски, Собчак, Малахов и др.


08:31 

Интересно

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Вчера с родителями сидя за ужином предложил тост: "За Рафаэля Надаля". Мы выпили. Через время снова предложил тост: "За родителей". Мы выпили.
Только сегодня утром, после того, как я дочитал седьмого Гарри Поттера и вышел на прогулку, я подумал: их обидело, что я сначала предложил пить за Надаля? Они вообще заметили?
Но это оказалось слишком грустно. И я снова подумал о Северусе. А еще я подумал, что из ГП [Гарри Поттер] могла бы выйти великая книга. Если бы автор так не спешила, если бы денег и пиара вокруг и внутри ГП было меньше, если бы сразу не начали снимать кино... Итак очень хорошо и здорово. На мой взгляд. И Радзинский может совершить пешее путешествие в направлении мужского полового органа.
Интересно это все. И грустно. И если изъять из моей жизни Надаля, то у меня почти ничего не останется. Люблю его и basta.
Кстати, я где-то обронил свои мозги. Никто не видел?

11:36 

Незабудка +2

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Зарисовка пятая.

Утром, уже после того, как меня жестоко будили друзья, но до того, как я разлеплял еще скованные сном глаза, я выкуривал 3-4 сигареты. И это было восхитительное ощущение. Лучшее начало дня. Вернее, единтсвенное возможное.


Зарисовка шестая.

После отдыха на Турбазе "Незабудка" я приехал домой и спал 18 часов подряд.

23:17 

Зачем

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Этим вопросом проще не задаваться. Проще писать "задаваццо", чем думать над тем, как надо писать: "задаватся" или "задаваться". Хотя это легко. Идти по пути наименьшего сопротивления или идти, не выбирая легких путей, - разницы нет; это все равно значит "идти". Двигаться вперед или двигаться назад - двигаться. Напоминает секс. Когда все компенсируется и не имеет никакого смысла, особенно, если презервативы выполняют свою основную функцию.
Мы сидели с ней сегодня на кухне, пили чай и курили. Я впервые воспользовался той самой пепельницей, которую привез из Испании и бережно хранил. Нам с ней [не с пепельницей, с девушкой] есть о чем поговорить, но в постели мы чувствовали себя уютнее. Я включил теннис и смотрел. Она оглядывала стены в кухне. Потом спросила, почему на стенах две фотографии: Алена Делона и моя. Я объяснил, что это мама устраивает культ личности. На моих стенах: Мерлин Монро и Сергей Есенин. Я бы повесил вместо Монро Достоевского, но тогда я точно повешусь сам. Мы снова молчали и курили. А потом я задумался: она задала вопрос, я ответил. Она затянулась, я глотнул чаю. На экране появился Федерер и я переключил канал. До того мы занимались сексом, до того я показывал ей фотографии на компьютере, до того я встретил ее на улице, до того я принял душ, до того я проснулся. Зачем все это? То, что я пишу сейчас, то, что писал вчера, и то, что когда-нибудь напишу - имеет ли принципиальное значение?
Сейчас я иду к другу домой. Наверное, непить. Будем играть в шахматы.
В тему прозвучала фраза в телевизоре, который включен сейчас прямо, как фон: "Зачем молодой человек что-то делает? Потому что ему хочется". Только вот "хочется" или "хочеться"?
Нет, не "хочеццо".

16:30 

Шахматы #2

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Всю ночь у Сережи. С ним 1-1, с Чудом 1-0, с Темой 4-1. Итого: 6 побед, 2 поражения.

20:56 

В тему поста "Зачем"

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.

К одному из последних постов "Зачем" было много комментариев. Спасибо за них. Вот в тему, встретил у Ремарка, в "Черном обелиске":

"Незнакомец прав, я не умею играть как следует ни на рояле, ни на клавиатуре жизни, никогда, никогда не умел, я всегда слишком спешил, был слишком нетерпелив, всегда что-нибудь мешало мне, всегда приходилось обрывать; но кто действительно умеет играть, а если даже он играет - то что толку в этом? Разве великий мрак от этого станет менее черным и вопросы без ответа - менее безнадежными? Будет ли жгучая боль отчаяния от вечной недоступности ответов менее мучительной, и поможет ли это когда-нибудь понять жизнь и овладеть ею, оседлать ее, как укрощенного коня, или она так и останется подобной гигантскому парусу среди шторма, который мчит нас, а когда мы хотим ухватиться за него, сбрасывает в воду? Передо мной иногда словно открывается расселина, кажется, она идет до центра земли. Чем она заполнена? Тоской? Отчаяньем? Или счастьем? Но каким? Усталостью? Смирением? Смертью? Для чего я живу? Да, для чего я живу?"


15:42 

Оноре де Бальзак, "Шагреневая кожа"

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
"Человек - шут, танцующий над пропастью".


Pura mierda. Ничего несуразнее, глупее, бесперспективнее и скучнее, чем язык, которым написана эта книга я не встречал. Иногда, правда, встречалась подобная же тупость людей: людей, которые лишены мозга, людей, которым просто нечего делать и им поэтому жизненно важно с тобой поговорить. Ради того, чтобы спокойно прочитать "Шагреневую кожу" я отключил на последние два дня мобильный. Получилось, что сменил шило на мыло, потому что поменял тупость людей обычных на тупость "великого" Бальзака.
Я еще обязательно почитаю - и разберусь в чем его величие. Например, "Отец Горио" или "Кузина Бетта" кажутся мне хорошими образцами для проверки. Но пока что, впечатление от книги, которую так хвалил мой отец и один мой товарищ разочаровывает. Сама идея - неплоха. Похожая идея у Оскара в "Портрете Дориана Грея", но написана в разы лучше. Отсутствие витиеватости Бальзаковского языка не упрощает его чтение. Это смуглое нагромождение эпитетов и бессмысленных описаний какого-нибудь кресла, которому уже двести с лишним лет. Это именно та причина, по которой я не читал раньше французских писателей. Именно этих идиотских бесплотных описаний я от них и ожидал. Именно потому мысль о "Соборе парижской богоматери" Гюго заставляет меня содрогаться от отвращения, как и мысль о Дюма. От Бальзака я ожидал иного. Разочаровался полностью. Первая моя схватка с французской классикой закончилась разгромным поражением, хотя я и дочитал книгу. Но "Шагреневая кожа" это скучнее "Обрыва" Гончарова и "Анны Карениной" Толстого; это невыносимее, чем "Как закалялась сталь" Островского и "Кто виноват?" Герцена...
Книга состоит из трех глав: "Талисман", "Женщина без сердца" и "Агония". Главные герои: Рафаэль де Валантен (маркиз), графиня Феодора, в которую он долго был влюблен, Полина - его жена на груди которой он умирает, Ионафан - преданный слуга. Вся огромная вторая глава - это пьяный и дурацкий рассказ Рафаэля про обивку кресел в доме графини Феодоры.
Цитаты хорошие есть. Немало. Но это дела не спасает. Следующее адресуется самому автору:

"Ты заставляешь меня усомниться во всемогуществе Бога, ибо твоя глупость превышает его могущество".

15:28 

Работа закончилась

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Чтобы не быть голословным, рассказывая о том, как прошла моя работа с делегацией из Венесуэлы, выкладываю сюда только одну фотку.
28.06.07, четверг, 00:47, Отель "Президент". Слева (с лицом: "да, начальника...") - я, справа (жмет мне руку) - президент Венесуэлы - Уго Чавес.



19:20 

Посольство

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Пишу из посольства. Где есть я. И есть они. И они не говорят по-русски. Никто. Никак. И я подошел к молодой девушке, продавщице мороженного, и начал с ней разговаривать. Разговаривать потому, что до того 7 часов подряд я говорил только на испанском. Пошел дождь, а девушка улыбалась. И я подарил ей шоколадку.
Венесуэльцы. Хорошие. Только они совсем как дети - очень смешные. Особенно, когда не понимаешь, что они говорят. Когда понимаешь, то понимаешь, что лучше бы не понимал, потому что и правда - дети.
Скоро приедет Сам Чавес. Это будут страшные, тяжелые дни.
Вчерашний рабочий день продлился 14 часов. Сегодняшний таким коротким не будет.

Дочитал сегодня утром, сидя в холле гостиницы "Славянка" "Степного волка" Гессе. Честно: ожидал большего. С каждой новой страницей книга казалась мне все слабее и слабее. Если начало заинтересовало и восхитило, то концовка - разочаровала. Это не моя книга, хотя во мне и есть многое от нее. Сегодня в машине начал читать "Жизнь взаймы" Ремарка.

Сейчас, наверное, поедем в ресторан, потом в гостиницу, потом еще куда-нибудь. Завтра затишье. Послезавтра - взрыв.

Я вспомню эти времена. Вспомню с любовью и светлой грустью. Одним словом - тривиально. Но, наверное, приятно.

00:01 

Лето

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Жизнь налаживается... или это только кажется?

Время, прощай. Теперь времени не будет вообще. Боюсь, что даже на то, чтобы читать. Эти выходные уже распланированы вдоль и поперек, в понедельник у меня последняя встреча с девочкой-которая-читала-Достоевского. Во вторник и среду я занят с утра и до вечера делами с универом и Хосе. А вот в среду...
В среду приезжает пресса. Пресса президента Венесуэлы Уго Чавеса. И им нужен переводчик. И этим переводчиком буду я. Короче говоря: Хосе нашел мне работу. Придется проводить с этими ребятами чуть ли не 24 часа в сутки, обеспечивая им хот-доги на завтрак, достопримечательности на обед, перевод рабочих материалов на ужин и "русская женщина" на десерт. Полагаю, что все это будет выглядеть совсем иначе, но пока я это себе так представляю. Работать я буду до 1 июля, когда Чавес уедет. И тогда - сразу на чемоданы и в самолет с отцом - прочь из Москвы. А тем временем в планах: "Степной волк" Гессе, "Кузина Бетта" Бальзака, "Сон в летнюю ночь" и "Ромео и Джульетта" Шекспира, "Тартюф, или обманщик" и "Мещанин во дворянстве" Мольера, "Жизнь взаймы" Ремарка. И это более чем реально. Нужно просто не спать по ночам. Мне, к счастью, не привыкать.

14:57 

Аннотация

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Навеяло книгами Ремарка и разговорами с Димой.


Мертвец в отпуске. Бедный и злой.
Гранитной плитой
сверху падает Кафка.
Скальпель. Надрез. Трупный запах и гной.
Некрологом - Триумфальная Арка.

21:11 

Все закончилось

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Все. Закончилось. Теперь просто передышка между этой и следующей войной. Просто отсрочка; отсрочка по ходу которой я ничего не буду предпринимать, чтобы предотвратить ту войну, которая будет. Просто "мертвец в отпуске".



00:14 

Триумфальная арка. Часть IV

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Я поехал сегодня вечером в Парк Победы. Сидел там у фонтана и читал "Триумфальную арку".

"В тебе всегда было столько самоуверенности! Столько самоуверенности, что впору сойти с ума! И ничто не могло прошибить ее! Как я ненавидела твое превосходство! Как я его ненавидела! Мне нужно, чтобы мною восторгались! Я хочу, чтобы из-за меня теряли голову! Чтобы без меня не могли жить. А ты можешь! Всегда мог! Я не нужна тебе! Ты холоден! Ты пуст!"

00:33 

Триумфальная арка. Часть III

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
"Он тронул ногою хризантемы. Счастье, подумал он. Голубые горизонты юности. Золотая гармония жизни. Счастье! Боже мой, куда все ушло?"

Дима порекомендовал мне эту книгу после того как я разорвал долгую паузу затяжек вопросом: "Дим, когда это началось? Когда мы все потеряли?".
Он ответил также, как отвечал я: не знаю.
Дильшад сказал сегодня: "Все на Земле пошло не так, когда вымерли динозавры. И мне почему-то кажется, что в этом есть смысл.
Беру нарды. Иду к Сереже.

16:49 

Триумфальная арка. Часть II

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Я читал ее в электричке (это была первая в моей жизни поездка на электричке); читал во дворе, сидя на каменных ступенях крыльца под палящим солнцем с сигаретой в руках и бутылкой ледяной воды рядом; читал в метро. Все как всегда.
Сейчас я добрался до дома, чтобы просто привести себя в порядок - пойти в душ и перекусить. Что будет дальше? Не знаю. Но хочу продолжать. Хочу эту книгу.

14:52 

Триумфальная арка. Часть I

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Вчера (24.05) начал, а сегодня (25.05) продолжаю читать "Триумфальную арку" Эриха Марии Ремарка. Это потрясающе. Совет мне дал Дима. Это восхитительно. Теперь уезжаю на дачу к Вайтюку с Сережей. Приеду к ним, лягу на травке и буду читать.
"...кем бы ты ни был - поэтом, полубогом или идиотом, все равно, - каждые несколько часов ты должен спускаться на землю, чтобы помочиться. От этого не уйти. Ирония природы".

12:54 

Новый день

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Какой-то этап пройден. Какой-то кусок себя, который я мариновал, чтобы выплюнуть, я успешно выплюнул. Успешно ли? Выкурил 4 пачки сигарет. Она сказала, что ей стыдно. И действительно, это было сделано ради нее. Конечно, не ради нее, а ради себя. Но меня это правда очень заинтересовало. Теперь наступила абсолютная свобода. Фактически на 3 месяца. Только надо привести в порядок кое-какие дела. Например, переписать пару сотен страниц дурацких лекции, которые мне любезно одолжила КК, прочитать какой-нибудь шовинистский "Удар русских Богов", опять придумывать всякое дерьмо типа статей в трижды проклятую "Дружбу", которой не нужна правда.
Это все не importante. Волшебный Надаль одержал вчера 80-ую (!!!) подряд победу на грунте. Если мой мальчик перестанет играть в теннис, то, похоже, исчезнет последний повод жить.
А еще я проспал около 15 часов подряд.

Hay que estudiar, estudiar y otra vez estudiar, como dijo nuestro adalid Lenin!

00:02 

Годовщина

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Ровно год назад, в самом исходе дня 9 мая, я создал этот дневник.
Официально он существует с 8 августа 2003. Но тогда я писал про футбольную команду "Интер" из города Милана. Тогда меня интересовали вещи несколько иного рода. Тот дневник просуществовал пару недель. Возобновил я его год назад. Первая запись этого дневника датирована 10 мая 2006. Время: 00 часов 02 минуты. Название записи: "Через 10 минут". Тогда я написал:

"Через 10 минут наступит 10 мая 2006 года. Мне 17 лет, я выращиваю лён на зеркалах, чтобы не видеть своей рожи (Подписываюсь под этим и сегодня, даром, что мне теперь не 17, а 18 лет). Колонны, на которых базируется моя жизнь:

1. Жизнь дерьмо
2. Я - сама жизнь
3. Свобода — это возможность сказать, что дважды два — четыре. Если дозволено это, все остальное отсюда следует (Д. Оруэлл, "1984")
4. Я свободен... прекрасно, что дальше?
5. Хочу любить
6. Хочу дружить
7. Хочу верить
8. Нет ни любви, ни друга, ни веры
9. Через минуту я могу быть самым счастливым человеком на свете... и так каждую минуту уже много месяцев подряд
(Пункты 1 - 4 имеют право на существование. Это так. Пункт 5 уже был и его больше не будет, пункт 6 слишком абстрактен и для меня, похоже, невозможен в принципе; да и абстрактное желание - не желание; пункт 7 мне просто не нужен, потому что это не для меня. Пункт 8 слишком патетичен для сегодняшнего дня. Пункт 9 мне вообще не нравится. Потому что того счастья, которое я считаю счастьем не будет, а счастье момента частенько появляется).

Это, так сказать, основа. И что дальше? Жизнь не сложнее элементарных математических формул... Просто математику я всегда сдавал в августе (был настолько хорош, что просили повторить на бис), школьный экзамен по алгебре за меня писали сердобольные учителя (куда ему в армию, хилый такой, дунешь - развалится), в аттестате мне с особым цинизмом нарисовали тройку и пожелали счастливого пути. Фактически, мне не на что жаловаться, жизнь моя прекрасна, но... Дерьмо. Дерьмо. Одно сплошное дерьмо. (Актуально и через год).

Я люблю курить. Это то, что я действительно люблю. Ещё люблю апельсины, потому что они оранжевые. Меня никто не понимает, в душе я двухметровая блондинка с фигурой 90-60-90 у которой порвались колготки, и она плачет. (Ну, про блондинку это я пошутил. А так все верно).

У меня нет друзей, а пожаловаться на это я могу только своим друзьям, однако этот этап психологического двоемыслия я пройти не в состоянии, и жалобы друзьям, на то, что их не существует логически должны закончиться в палате рядом с Наполеоном. (Верно).

Сейчас мне нужно (за одну ночь) написать курсовую работу по истории, иначе я не получу отлично автоматом. Нет, я не ботан, просто ленивый и понимаю, что экзамен я не сдам, поэтому мне нужен автомат ("Когда я куплю себе пистолет, сразу наступит мир во всём мире..."). (Этой ночью мне нужно писать план курсовой работы. Милое совпадение).

Я ничего не хочу ни от себя, ни от жизни. Все мои стремления заканчиваются сигаретой либо покоем. Нет ничего лучше сна. (Согласен на все 100%)

Через 10 минут... всё будет также, как вчера". (Добавлю только одно: все будет хуже. Каждый день хуже, чем вчера).


Вот так я писал год назад. Завидное постоянство. Завидовать, правда, особо нечему. Все это очень глупо. И бессмысленно. Очень и очень бессмысленно.

01:36 

Странности

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
- Жили-были...
- Короче!
- Умерли-бумерли.


С самого начала мы с ней решили: без мобильных. Слишком банально. Я настаивал на отречении от icq. Она уговорила.
- Мы встречаемся с тобой завтра? - это я.
- Как ты скажешь. - а это она.
- А что ты будешь делать?
- Я свободна. Утром, правда, приезжает сестра с ребенком...
- Ну, альтернатива у тебя небольшая: ты можешь завтра либо посидеть с ребенком, либо погулять с ребенком...
- Нет))

В ночь с 26 на 27 апреля мы с ней были вместе. Она выше меня на несколько голов. И вот мы идем по центру ночной Москвы, и какая-то пьяная женщина останавливается, смотрит на нас и говорит: "Ребята, вы - итальянская пара!". Аня смотрит на меня с высоты своих 185 сантиметров роста и долгих 29 прожитых лет и говорит: "Нет. Мы - испанская пара". А я подумал: "Нет, мы - красавица и чудовище. Причем, чудовище, к счастью, - я".

С ней все странно. Даже морозовские интонации, которые я заметил в ней в первую нашу встречу, стали проскакивать намного реже. Либо я перестал их замечать. Появились новые, свойственные ей одной. Она смотрит на меня и щурится.

Завтра мы с ней встречаемся. У посольства Испании. Это она предложила место встречи. Удивительно.

Мы ни о чем не говорим. Специально. Даже о том, что все закончится быстрее, чем мы думаем. Но не хотим терять момент, все портить. Впервые я чувствую, что мне плевать на последствия. И это еще более удивительно для меня, чем все остальное. Меня не заботит, что будет и что может быть дальше. Главное... не суть.

2 x 2 = 4

главная