19:34 

Если можно о чём скорбеть, Значит, можно чему улыбаться.
Я сижу в темноте монтажки, куда не пускаю больше ни собачку ни трепачей. Передо мной курица с чипсами, в Ватикане второй день выбирают Папу, а я только и мечтаю что об одном: мои афинские джинсы.
Слово должно обладать внутренней силой. В слове, как и в живописи, не важно, что ты говоришь, важно только то, что ты хочешь сказать. Это как 25-ый кадр, который есть в картинах Гойи, особенно его "черного" периода. Ты смотришь на проповедь козла, но видишь в ней детские страхи, потому что о них думал Гойя, когда писал эту картину. Это секрет Шишкина и это секрет Стругацких образца "Града". В этом величие Ставрогина - наибольшего из героев Достоевского. Вся литература вообще - это Ставрогин, который сидит у окна в гробовой тишине и смотрит на паучка. Вся литература вообще - это приоткрытая щель двери, в которую виден только луч солнца, который падает через окно на пол. И в этой комнате происходит все: вешается совращенная Ставрогиным девочка, трахает свою секретаршу Андрей Воронин, остается в одиночестве после пира император Нерон, смотрит на Париж, впервые за несколько столетий захваченный неприятельскими войсками, Наполеон, сидит в темноте на кресле голый Камерон и играет в "Деспота"...
Неодолимая сила слова. Слово, которое может все. Совершенно любое слово. Слово, для которого не важны ни форма, ни содержание.

URL
   

2 x 2 = 4

главная